Последние новости

Там, где туристы любовались фарфором украшенным рисунками из произведений Низами, сейчас дорогая баня

22:36, 19.10.21
views 293
Культура

 

Ширин Мaнафов

Какая госструктура должна заботиться о продвижение музейного дела в стране ,  конечно  министерство культуры? Но это в теории ,а на практике  это как правило  часто не так… и  за примером ходить далеко не придется. Так  за время прибывания на посту министра культуры А. Караева в стране исчезли минимум три музея международного уровня. Один из них – и самый популярный- музей фарфора в Гяндже, второй- в Кедабеке - « Фирма «Сименс» на Кавказе». Третий – музей нефти на территории в Сангачальском терминале…Все три музея не находились на учете Минкультуры, тем не менее функционировали и считались одними из самых посещаемых.

Сейчас  расскажем только о музее фарфора ,который по праву можно назвать инициативой  Гейдара Алиева,так как  именно Гейдар  Алиев  в 1982 году пригласил в Гянджу директора Ленинградского фарфорового завода Гейдара Иманова. Опытный организатор внедрил передовые технологии и за несколько лет превратил отстающее предприятие в одно из самых передовых в СССР в своей области. Оно было настолько передовым, что когда на стадии развала СССР Г. Иманов возвращался в Ленинград он пригласил с собой лучших мастеров, которые,кстати,  до сих пор работают на одном из самых авторитетных в Европе предприятий фарфоровой отрасли.

Жаль, но Ренессанс  фарфорового производства  в Гяндже пришелся на годы агонии СССР. У азербайджанских мастеров было всего шесть лет. Оригинальность, разнообразие ассортимента, высокое качество и индивидуальность- так можно говорить о работах  отдельных мастеров и о гянджинском фарфоровом заводе в целом. Что и было отражено в поистине уникальной коллекции произведений, буквально спасенных  главным художником завода Галибом Багировым.Дело в том,что за год до распада СССР после остановки  завода, Галиб Багиров,как настоящий патриот родного города,  не позволил растащить коллекцию фарфоровых ваз редкой красоты. Все лучшие произведения посвящены Низами.

 И поэтому в  год  празднования 880-летия великого поэта  вполне  логично обратить внимание нынешнего руководства Министерства культуры  на необходимость   возрождения музея фарфоровых изделий,в котором в свое аремя были сохранены настоящие фарфоровые шедевры. Ценой больших усилий и затрат Галибу Багирову удалось спасти всю коллекцию, которую он  выставлял  на обозрение в центре Гянджи, в  помещении Чекяк – хамамы, что рядом с мечетью шаха Аббаса. 

Но это было недолго ,так как несколько лет назад на это  помещение стал претендовать один из отелей Гянджи, и несмотря на многочисленные обращения Г. Багирова в Минкультуры, никто не помог ему отстоять уникальный музей.И место , где туристы любовались вазами с рисунками из произведений Низами, превратилось в дорогую баню.Но если  город лишился великолепного музея, то не стоит забывать и о том,что  потерпела убыток и  казна страны , так как  всем известно  высокая цена  фарфоровых изделий  на мировом рынке.

  В надежде на возрождение фарфорового завода ,после смерти Галиба Багирова,  коллекцию большинства произведений фарфоровой коллекции Гянджинского фарфорового завода, берегут вдова и дети автора . Сейчас потрясающей красоты вазы хранятся в их доме.Остается только удивляться ,по какой причине  ни на одной из стадий  предпринятых попыток спасения музея Минкультуры времен Абульфаса Караева не  было сделало ничего для спасения уникальной коллекции.

Чтобы было ясно, какую ценную коллекцию  может потерять Азербайджан приведем два – три эпизода из истории музея фарфора. 

...1995 год. Руководители 72 фарфоровых заводов СССР собираются на худсовет в Гяндже. Проблема общая – поиск стиля. На Украине 15 заводов, двум из них по 80 лет, возраст зрелости, а стиля под названием украинский фарфор нет. Грузины и армяне застряли на вариациях « Девушка с кувшином», узбеки усердно терзали народный фольклор, копируя узоры с халата бухарского эмира. У Гянджи было чему поучиться. Массовое производство выпусало ширпортеб, но художественные произведения вызывали восхищение. Фарфоровые изделия с мотивами из азербайджанских миниатюр, выполненные главным художником Галибом Багировым, экспонировались в двадцати странах. Мастерами фарфорового завода гордилась вся Гянджа. Ни одна из многочисленных делегаций,посещавших город, не желала уезжать без подарка – фарфоровой вазы. Сказка имеет печальный конец, распад советского рынка угробил отрасль.

Выпускник Строгановского художественно-промышленного училища Г. Багиров в течении 30лет был главным художником гянджинского завода. За 30 лет создал более 500 произведений, которые и составили экспозицию созданного им Центра прикладного искусства,который  располагался в Чекяк- хамамы, памятнике XVII века. Здание построено во времена шаха Аббаса рядом и почти одновременно с Джума-мечетью.

Художник воплотил в своих работах на фарфоре традиционные мотивы знаменитой тебризской школы миниатюр, последователями которой было  создано  более двух тысяч работ по мотивам произведений Низами. Гянджинские художники стремились воплотить свои импровизации на материале, практически  неосвоенном на мусульманском Востоке. Во многом благодаря Галибу гянджинский фарфовый возродил древнее искусство миниатюры.

Задача имела технические и художественные аспекты. С первым помогли немцы и чехи, но найти стиль – тут надеяться надо на себя. Подражать мастерам средневековья легко, не познав философию жанра, невозможно воплотить достижения стиля на новом материале.

Фарфор диктатор вкуса и творец миропорядка. Посредник между людьми и богами. Так воспринимался фарфор три тысячи лет тому назад в Китае, так он  воспринимался и  Галибом.

Символично, что азербайджанская миниатюра была  возрождена в Гяндже и что центр располагалась в Чечяк- хамамы, отголоске того мира, который нашел воплощение в работах Галиба и его учеников – дизайнера Айнур Исмайловой, аспиранта технологического института Рашида Абдуллаева и родной дочери Ульвии.

Галиб не спешил внедрять высокое искусство в массы и ставить вазы с миниатюрами на поток, что пагубно отразилось бы на качестве. Естественно, «саботаж» дирекцию раздражал и все тридцать лет работы на заводе Галиб провел в битвах с начальством. Директоры требовали план, Галиб создавал шедевры.

...В 1993 году экспозиция гянджинского фарфора в Иране произвела шок. Причина- ревность.Иранцы изучали коллекцию Галиба придирчиво, ревниво. Экспозиция говорит о неисчерпаемых возможностях жанра, смело осваивающего новый материал и новые формы. Жанр миниатюры на фарфоре воспринимался персами как культурная инновация, способная пробудить законсервированный в XVII веке стиль.

-Время вынудило нас увлечься этногенетическим процессами, - говорил Галиб, - а коллекция фарфора ставит во главу угла вопрос культурогенеза и влияния импульсных центров, каким является издревле Гянджа.

Сейчас стоит только удивляться, как можно было  коллекцию с таким потенциалом развития восточной миниатюристики на фарфоре не пропагандировать, не развивать? Тем более, мастер оставил после себя не только коллекцию, но и отличного ученика – дочь Ульвию, автора живописных миниатюр, призера ряда конкурсов и выставок, члена союза художников. в. Причина интереса иранских специалистов и бизнесменов такова: в мире растет рынок фарфоровых изделий высокой художественной ценности, потребность велика и никем за 30 лет простоя завода в Гяндже эта ниша не занята. Ни на Ближнем Востоке, ни в Иране, ни в Средней Азии, где вазы гянджинского фарфорового завода были недостижимый идеал.Художнику обещали создать идеальные условия в Иране. Вместо ответа Галиб рассказал о планах – при центре будут созданы мастерские, музей, учебные курсы и выставочный зал. Нечто подобное он видел в Дели, где уже многие годы действует Центр художеств. В нем представлено все, чем славна Индия: от керамики до ювелирного искусства. Несмотря на огромные доходы, индийский Центр освобожден от налогов.После этого визита, мэрия Гянджи выделила средства на реставрацию Чекяк хамамы, где вскоре была создана гончарная мастерская.

...В 2004 году по приглашению Департамента по культуре США Галиб Багиров, не только заслуженный художник, но и теоретик, кандидат искусствоведения, прочитал ряд лекций в музеях и колледжах в штате Огайо, Кентукки, Индиана. За развитие оригинального стиля в мировой копилке художественного фарфора возглавляемый им центр декоративно – прикладного искусства был принят в Ассоциацию американских музеев. Но и это не сподвигло бывшего министра культуры А.Караева зарегистрировать уникальный музей.Американцы предлагали мастеру взять с собой пять- шесть учеников и перенестись за океан. В наше время от таких предложений никто не отказывается.Но и в отказе была логика. -Через год ученики станут американцами- ответил Галиб - и станут гнать штамп.

В США центр окреп бы  финансово, но центр для мастера всего лишь инструмент, конечная цель Галиба была -признание на международном уровне азербайджанской миниатюры на фарфоре. Он был уверен, школа расцветет только на родине Низами.Спрос на уникальные росписные фарфоровые изделия огромный. Но завода уже нет, а рынок необьятен, он отреагировал успехом выставки работ Галиба в 20 странах.

-Возможен такой вариант,- рассказывал Галиб, - центр будет создавать и торговать не отдельными экземплярами, а фарфоровыми коллекциями.Для развития Центру  был необходим теоретический труд и многие годы мастер работал над книгой под названием «Основы классического изобразительного искусства в Азербайджане».

О стоимости коллекции всегда сложно говорить.Все познается в сравнении. 50% стоимости приобретенной на аукционе Сотби коллекции Ростроповича за 100 миллионов долларов в 2007 году приходится на фарфоровые изделия и вазы. В мае 2021 года в Галерее искусства стран Европы была представлена выставка декоративно – прикладного искусства музея им. А.С, Пушкина. 70 произведений, в основном разрисованные такими мастерами как Матисс, Мориса Дени и Пикассо керамические и фарфоровые вазы. Так называемая Аньерская школа, в 1906 году керамист Андре Мете по просьбе знаменитого маршана Амбруаза Воллара приступил создал эксклюзивную серию ваз с росписями художников новой волны. Вазы Дени стали гордостью Воллара и были приобретены коллекционером Иваном Морозовым, Одна только ваза была застрахована на два миллиона фунтов стерлингов. Скорость возрастания стоимости этих работ просто фантастическая.

Все это и гянджинские мастера- скажете несоизмеримо. Но и коллекции фарфоровых ваз с миниатюрами из « Пятерицы» Низами больше в мире нигде нет. И поэтому экспертам из Минкультуры стоит изучить коллекцию и принять меры к ее спасению. Все чаще обсуждается вопрос о возрождении одного из самых успешных предприятий Гянджи. Многое тут зависит от скорости достижения того высокого уровня, образцом которого является коллекция Галиба Багирова. Восстановление  музея фарфора в Гяндже  было  бы  первым этапом  возрождения очень популярного на Востоке стиля, целого направления в мировой фарфоровой империи, который разрабатывался только в Азербайджане, к тому же это также означиало бы, что со стилем  работы бывшего министра культуры,когда музеи становятся только банями, покончено.

В заключение вновь о казне государства и нации. Казнокрадов много, хранителей –единицы, а создателей коллекций – шедевров вообще по пальцам пересчитать.

Читайте также: