Последние новости

Каждое произведение Тогрула Нариманбекова содержит в себе философию, свет, теплоту, нежность/+ГАЛЕРЕЯ/

22:09, 24.03.17
views 325
Новости

Искусствовед: «Творчество Нариманбекова – синтез Запада и Востока, сочетание тебризской миниатюры со станковой живописью»

Человек, о жизни и деятельности которого мы сегодня будем говорить, — это Народный художник СССР и АР, лауреат Государственных премий АР и СССР Тогрул Нариманбеков, который уже при жизни был причислен к классикам и встал в один ряд с легендарными азербайджанскими живописцами. Его имя золотыми буквами вписано в золотой фонд азербайджанского изобразительного искусства. Каждое произведение Нариманбекова содержит в себе философию, свет, теплоту, нежность.

 

Сегодня мы с вами поговорим с доцентом по эстетике, доктором философии в области искусствоведения Фаридой Мир-Багирзаде – автором фундаментальной монографии «Творчество народного художника Азербайджана Тогрула Нариманбекова», посвященной жизни и творческой деятельности Тогрула Нариманбекова. Данный труд, бесспорно, является вкладом в отечественное искусствоведение.

 

Этот бесценный труд доставил радость специалистам и поклонникам изобразительного искусства, где представлены красочные репродукции всех полотен азербайджанского художника.

 

— Фарида ханум, сколько времени у Вас, в общей сложности, заняло написание данного труда о легендарном азербайджанском художнике?

— Оглядываясь в те далёкие мои школьные – 1980-е годы, когда я занималась в студии изобразительного искусства у педагога — заслуженного деятеля искусств Масумы ханум Агаевой, вспоминаю те мгновения и минуты, которые охватили мою жизнь и наполнили её яркими и живыми впечатлениями. Приближаясь к этой студии в Губернаторском саду, я часто наблюдала дружеские отношения всемирно-известных людей — азербайджанского композитора Фикрета Амирова и азербайджанского художника Тогрула Нариманбекова. Чётко помню и такт отбивания в ритме музыки, сопровождаемый хореографической игрой азербайджанских танцоров-балерин и балерунов, потому что окна верхних этажей Азербайджанской Государственной Филармонии были открыты настежь. И всё это вместе создавало такую положительную энергетику, которую трудно передать словами. Это настолько прочно сохранилось у меня в памяти, будто череда фотоснимков и даже, в каком-то роде, как документальный фильм. И вот спустя 10-14 лет, в 1994 году по 2013 год мне довелось вживую пообщаться с одним из корифеев азербайджанского изобразительного искусства – народным художником Азербайджана Тогрулом Нариманбековым. И в результате этих сложившихся встреч, личных бесед, комментариев, вручённых мне бесценных каталогов, буклетов своих произведений была создана и моя монография «Творчество народного художника Азербайджана Тогрула Нариманбекова», которая положила начало моей искусствоведческой карьере.

 

И сегодня спустя столько лет, в память ушедшего 4 года назад из этой жизни в мир иной Тогрула Нариманбекова, в честь 85-летия со дня рождения художника, которое отмечалось 7 августа 2015 года – эта книга стала для меня бесценным подарком. Жаль, что нет в живых этих выдающихся могикан азербайджанской культуры – ни Фикрета Амирова, ни Тогрула Нариманбекова, но книга эта может рассказать и передать ту творческую атмосферу, в которую я окунулась и пронесла через свой внутренний мир. Эта книга – мой многолетний труд. Она постоянно обновлялась, дополнялась новыми материалами и фотографиями из новейших каталогов Тогрула Нариманбекова, а также сфотографированных мною с интерьеров и вестибюлей новых фресок «В мире сказок» Азербайджанского Государственного Театра Кукол имени А.Шаига и «Цвети, край родной!» в здании Милли Меджлиса АР в 2008 годах. Это первая книга, изданная после смерти великого художника Тогрула Нариманбекова.

 

— Чем, по-Вашему, интересен данный труд, ведь в нем не только научные статьи, но и личные высказывания художника, отклики мэтров азербайджанской живописи…..

— Да, в этой книге есть личные высказывания художника, отклики мэтров азербайджанской живописи и западных деятелей искусства о нём и о его живописи. Я собрала и издала в этой монографии практически весь его творческий путь, соблюдая хронологию в его творчестве, анализируя его работы, как искусствовед в станковой и монументальной живописи, графике, сценографии, эскизах к иллюстрациям произведений азербайджанских литературных классиков и современника Анара «Деде Горгуд».

На мой взгляд, этот труд интересен не только искусствоведам, деятелям искусства, но также и его почитателям, дилетантам и не профессионалам искусства. Хочу отметить одно из лучших человеческих качеств художника — его преданность и патриотизм родной земле. В какую бы страну он не ехал, он обязательно вкладывал частичку своей ностальгической, романтической души в написании новой картины, перенося тёплые живые восточные краски, напоминающие драгоценные камни и большую духовность. Его картины, стиль и почерк узнаваемы, потому что созданные им произведения невозможно сравнить и ассоциировать с другими произведениями азербайджанских художников. В них велика доброта, великодушие, народность, символичность, романтичность, повествовательность.

 

— Стоит отметить, что это издание помимо репродукций картин содержит представленные Вами фотографии фресок интерьеров и вестибюлей «В мире сказок» в Азербайджанском государственном театре кукол имени А.Шаига и «Цвети, край родной!» в здании Милли Меджлиса АР в 2008 году. Что Вы можете сказать об этих произведениях?

— Обе эти монументальные фрески, созданные Тогрулом Нариманбековым, были дополнены новыми композициями и продлены написанием фресок. Фрески были написаны: «В мире сказок» (1975-1978) и «Цвети, край родной!» (1979-1980) в здании Милли Меджлиса АР. В 2008 году художник реставрирует роспись фрески «В мире сказок», которая незначительно пострадала в результате оформления по новейшим технологиям интерьера здания, дав ей долгую жизнь. Он находит срединное решение проблемы, сохраняя ковровость композиции. Также и в другой фреске «Цвети, край родной!» он намечает композиционный центр, который составляет образ Девичьей башни, флаг республики и периферию, служащую орнаментом для центрального изображения. Каждая часть этой периферии строится по принципу: смысловой центр и обрамляющий узор, что хорошо видно на фрагменте пейзажа с поющим ашугом, заключённым в орнаменты из гранатов и так далее. Такое строение по принципу «картина в картине» и «орнамент в орнаменте» создаёт сложную многоярусную архитектонику изобразительной плоскости росписи.

— Еще при жизни художника, в разные годы, Вы часто встречалась с Нариманбековым. Насколько интересно проходили Ваши беседы? Каким человеком он был: замкнутым или общительным, веселым или серьёзным?

— Как я упомянула выше, наше общение началось с 1994 года и продолжалось по 2013 годы. Он в моей памяти остался коммуникабельным, очень эрудированным, аристократичным, позитивным и очень солнечным человеком. Он мог долго говорить о своих произведениях, раскрывая ту суть и содержание, которое он вкладывал в них. Тогрул Нариманбеков был весёлым, жизнерадостным и оптимистичным человеком, потому что в нём прекрасно сочетались две грани искусства: изобразительное искусство и его музыкальное исполнение прекрасным голосом итальянских музыкальных произведений.

 

— Насколько полезным в работе над монографией оказалось для Вас общение с живописцем?

— Для меня общение с Тогрулом Нариманбековым было, прежде всего, общением с живой классикой и мэтром национального искусства, имя которого вошло в «Энциклопедию современного искусства», посвящённую современному авангарду, изданную известным французским издательством «Хазан». Он числится в этой энциклопедии среди одиннадцати мастеров ХХ века России и стран СНГ (наряду с Малевичем, Кандинским, Шемякиным, Марком Шагалом и др.). Кроме того, неоценимое значение при работе над монографией имели личные беседы с самим художником, который комментировал и консультировал свои произведения и предоставил мне новейшие издания каталогов своих произведений.

 

— Картины Нариманбекова сочетают в себе экспрессию эмоций, духовное богатство и красочное торжество жизненных сил природы. Не могли бы Вы охарактеризировать творчество Тогрула Нариманбекова?

— Тогрул Нариманбеков, как по призванию, так и по своим картинам был и оставался народным художником. Большая часть его произведений посвящена фольклору, сказкам и быту Азербайджана. Его творчество романтично, реалистично и глубоко передаёт традиции народного искусства, культуру и современность своего народа. Он был очень многогранным художником и прекрасно владел, как станковой, так и монументальной живописью.

 

Всем известно, что Тогрул муаллим был на половину француз и на половину азербайджанец. Не отразилось ли это в его творчестве?

— В семье Тогрула Нариманбекова переплелись Восток и Запад. Его отец, азербайджанец, уроженец Карабаха, находясь на учёбе во Франции, привёз оттуда жену француженку из Гасконии. И такое сплетение разных культур во многом сформировали его эстетический вкус и отношение к жизни. Нариманбеков прекрасно отражал в своих произведениях этот тандем и синтез двух культур – Запада и Востока, пытался соединить их традиции. Художник сочетал народные эстетические представления с традициями европейского искусства, соединяя тебризскую миниатюру со станковой живописью.

 

— Какого принципа, и какой закономерности придерживался Нариманбеков при выборе и использовании цвета? Какую цветовую гамму предпочитал?

— У каждого художника есть свои любимые цвета, которыми он часто пользуется. Тогрул Нариманбеков любил синий, красный и чёрный цвет. Чёрный цвет встречался у него почти в каждой картине. Он говорил, что чёрный цвет является основой для всей палитры, потому что, всё должно выходить из темноты на свет, к солнцу. В его цветовой палитре существовала гармония и особая закономерность в колорите, которая определялась количественным соотношением цветов, их дозировкой в борьбе красок, интенсивных и звонких, словно вспышки озаряющих линии рисунка. Звучание каждой краски зависело от окружения, в котором оно находилось. Оно либо приглушало её звучность, либо придавало ей наибольшую яркость и силу горения, эффекта.

 

— А что касается наиболее часто используемых сюжетов, то ведь, практически, в каждом полотне мастера присутствует философия, различные символы, которые с легкостью читаются зрителями. Какова тематика его работ?

— Тогрул Нариманбеков своим творчеством пытался приблизиться к простоте и непосредственности народного восприятия. Он всегда искал пути, где бы мог красиво рассказать о своём народе. Это и повседневность: шумность, суетливая толпа людей на базаре; это и восточный базар; это и праздник в селении Апшерона; это и сочетание фольклора и природы. В его работах раскрывается пестрота и красочное многообразие красок, романтический образ родного края. В них есть лирико-поэтическое видение автора.

— В одном из своих интервью Вы отметили, что Вам посчастливилось наблюдать дружбу двух великих, всемирно известных творческих людей — композитора Фикрета Амирова и художника Тогрула Нариманбекова, которые всегда при встрече тепло беседовали друг с другом. Насколько продуктивным оказался этот творческий тандем двух гениев?

— В силу своего плодотворного творческого пути Тогрулу Нариманбекову посчастливилось работать с гениальным композитором Азербайджана Фикретом Амировым. В результате этого тандема были созданы его прекрасные сценические постановки и эскизы к опере «Севиль» (1979), балетам: «Поэма о Насими» (1973), «1001 ночь» (1980), «Низами» (1982). Тогрул Нариманбеков работал и с другими деятелями искусства. Он работал над эскизами к балету Гара Гараева «7 красавиц» (1972).

Кроме того, Нариманбеков создал эскизы к балету «Тени Гобустана» (1969), музыка которого была написана в те годы молодым композитором Фараджем Гараевым (ныне российско-азербайджанский композитор и педагог, профессор, сын азербайджанского композитора Гара Гараева, профессор Московской консерватории имени П.И.Чайковского) и балетмейстерами Максудом Мамедовым и Рафигой Ахундовой, которые позднее стали народными артистами Азербайджана. Он очень любил общаться с друзьями.

— Вообще, где он предпочитал жить и творить?

— Тогрул Нариманбеков в своей жизни побывал во многих странах мира. Он принимал участие в выставках в Баку, Москве, Париже, Милане, Болгарии, Чехии, Венгрии, США, Германии, Италии, Люксембурге и т.д. Последние годы своей жизни он периодически жил то в Баку, в своей творческой мастерской в Ичери шехер, то во Франции.

 

— Не могли бы Вы привести несколько интересных цитат великого художника?

— В произведениях древнерусских иконописцев, восточных миниатюристов, итальянцев Возрождения Тогрул Нариманбеков ищет не разности, а выражения глубинного сходства. Тогрул Нариманбеков: «Люди, поднимающиеся на вершину искусства, — в сущности, идут к одному. Миниатюра, Кватроченто и Икона различные по стилю, темпераменту, манере, но смысл в изображённом всегда один: человек величав женщина опоэтизирована, материнство возвышенно. Это и есть суть. Всё остальное лишь результат традиции, истории, географической и природной среды. Я уже не говорю о разнице типажей, вероисповеданий, условий жизни. Живописцу диктует даже свет, солнце, воздух. Если я пишу тюльпаны, которые я пишу в Баку: они у меня получаются прозрачнее, легче, светлее. Народы, словно деревья, все растут к солнцу, но все разные. Я уверен, если взять тутовник и пересадить его на другую широту, то он рано или поздно примется, переродившись во многом в другое «дерево», даже плоды он станет приносить иные».

 

— Говорят, талантливый человек талантлив во всем, какими еще талантами обладал Тогрул Нариманбеков? Я слышал, что у мастера кисти был прекрасный голос….

— Да, он прекрасно пел своим прекрасным тенором, и часто при написании своих полотен исполнял их. Художник профессионально пел арии из классических опер, особенно любил произведения итальянских композиторов. Тогрул Нариманбеков просто обожал национальную классическую музыку и азербайджанский мугам. По поводу азербайджанского мугама Нариманбеков говорил, что он является нашим национальным достоянием. «Слушая мугам, я чувствую и даже вижу все оттенки красок этой музыки. Печальные ноты хватают за душу. Поэтому я не могу петь мугамы. В горле появляется комок и на глаза наворачиваются слезы. Может быть, поэтому я воспринимаю мугам не как звук, а как памятник материальной культуры. Порой я чувствую некоторую связь между мугамами и западной музыкой, особенно симфониями Бетховена».

Тогрул Нариманбеков был редким человеком, умеющим совмещать музыку и изобразительное искусство. В середине 2000-х годов он обучался вокалу и посещал мастер — классы великого мэтра итальянской оперы Лучано Паваротти. Тогрул муаллим постоянно работал над своим голосом и периодически давал концерты. В Баку с аншлагом прошли его концерты в Капельхаусе (1998) и Азербайджанском государственном театре оперы и балета (2006), где он исполнял арии из итальянских опер.

 

— Как известно, дочь мастера Асмар ханум тоже художник. Как, по-Вашему, она работает в своем стиле или что-то, все-таки, взяла от отца?

— Асмар Нариманбекова заслуженный художник Азербайджана, проживающий во Франции. Она со своими картинами активно принимает участие на больших и знаменитых выставочных салонах во Франции и имеет свой стиль письма и манеру исполнения.

 

— Фарида ханум, большое Вам спасибо за интересную беседу. Мы Вам желаем удачи и творческих успехов.

— Спасибо!

Рустам Гасымов
Yenicag.Ru

 

Читайте также: