Наследие Карабаха: как возрождают разрушенные памятники
После освобождения Карабаха и Восточного Зангезура взору открылась поистине душераздирающая картина. На освобожденных территориях зафиксировано 749 памятников. 68 из них полностью разрушены, еще 114 находятся в удручающем состоянии…
Сегодня в Азербайджане идет большая работа по сохранению и реставрации культурного наследия: от исторических зданий Баку до разрушенных памятников Карабаха. Это кропотливый труд, требующий участия археологов, архитекторов и исследователей, пишет газета "Каспий".
О сложностях и будущем исторических объектов корреспонденту издания рассказала руководитель Госслужбы по охране, развитию и реставрации культурного наследия при Министерстве культуры, доктор архитектуры, профессор Азербайджанского архитектурно-строительного университета Сабина Гаджиева.
- После освобождения Карабаха и Восточного Зангезура перед Азербайджаном встала масштабная задача по восстановлению культурного наследия. С чего началась эта работа?
- Началась она с масштабной инвентаризации и мониторинга. Сотрудники Госслужбы стали одними из первых специалистов, направленных в регион сразу после его освобождения - параллельно с работниками соответствующих госструктур. Нашей задачей было определить состояние памятников, уцелевших после почти 30-летней оккупации.
Последний официальный реестр, на который мы опирались, был составлен еще в 2001 году, когда территории Карабаха и Восточного Зангезура уже находились под оккупацией. В течение последующих лет доступ к памятникам был невозможен, и информация о них собиралась фрагментарно - зачастую по фотографиям, публиковавшимся в интернете. Попытки азербайджанских специалистов и ученых привлечь внимание к незаконным работам на этих территориях, включая так называемые "реставрации" без согласования со второй стороной конфликта, предусмотренного международными конвенциями, остались без ответа.
Уже в 2020 году, после освобождения территорий, сотрудники Госслужбы провели первый мониторинг, однако охватить удалось лишь ограниченное число объектов - в основном те, к которым можно было безопасно добраться, поскольку многие памятники расположены в труднодоступных и заминированных зонах. Более масштабные мониторинги провели в 2023 и 2025 годах, однако состояние части объектов до сих пор не изучено - в первую очередь это археологические памятники, находящиеся под землей, многие из которых в годы оккупации использовались как окопы. С огромным сожалением приходится констатировать, что часть памятников утрачена безвозвратно - от них не осталось и следа.
Одновременно ведется обновление реестра. Во время мониторингов обнаружены памятники, не включенные в список 2001 года. Произошло это в первую очередь потому, что территория на тот момент была оккупирована. Кроме того, есть целый ряд неточностей в информации о памятниках (изменился адрес, уточнена дата строительства и т.д.). Чтобы ликвидировать все эти недочеты, а также зарегистрировать новые памятники, при Министерстве культуры был создан специальный совет, во главе которого стоит доктор архитектуры, профессор и ректор Азербайджанского архитектурно-строительного университета Гюльчохра Мамедова. В нем представлены все госструктуры, так или иначе связанные с охраной наследия. За последние три года в список уже добавлено 44 новых объекта, и эта работа продолжается.
- Насколько масштаб разрушений памятников соответствовал предварительным оценкам?
- После освобождения Карабаха и Восточного Зангезура нашему взору открылась поистине душераздирающая картина. На сегодняшний день на освобожденных территориях зафиксировано 749 памятников. 68 из них полностью разрушены, еще 114 находятся в удручающем состоянии. Многие мечети и кладбища подверглись осквернению и использовались не по назначению, что свидетельствует о масштабах культурного вандализма на этих территориях. Причем пострадали не только мусульманские, но и христианские памятники. В частности, в Худавендском монастыре под видом реставрации были проведены масштабные работы по фальсификации исторического облика.
Особую тревогу вызывает судьба уникальных фресок церкви Арзу хатун в составе данного комплекса, выполненных непосредственно на стенах церкви: уезжая из Карабаха, оккупанты срезали фрески XIII века со стен и вывезли из страны. Позже они экспонировались за рубежом как принадлежащие армянскому наследию. По факту их вывоза Азербайджан обратился в Интерпол, в настоящее время артефакты находятся в международном розыске.
Противоправные действия были зафиксированы и в Гянджасарском монастыре, "реставрация" внешних стен которого носила характер грубого вмешательства. В монастыре Агоглан (Амарас) на момент освобождения территорий были обнаружены современные стройматериалы, недопустимые при реставрации памятников и свидетельствующие о попытках приспособить объект под современные нужды.
- С какими трудностями сталкиваются специалисты при восстановлении разрушенных памятников на освобожденных территориях?
- Когда речь идет о масштабных и сложных объектах, особенно после оккупации, когда памятники не только разрушались от времени или в результате военных действий, но и становились объектами вандализма и фальсификации, одного реставратора недостаточно. Здесь необходима целая команда архитекторов, археологов, искусствоведов, этнографов, специалистов по настенной живописи. Прежде всего важно понять глубину вмешательства: какие элементы утрачены, какие добавлены, и насколько искажен первоначальный облик памятника.
Пока речь идет лишь о визуальных исследованиях, но уже есть удачные примеры восстановления объектов наследия. Например, Дворец Панах Али хана в Агдаме, обладающий важным культурным и мемориальным значением для возвращающихся жителей. Как выяснилось, историческое кладбище на его территории было разграблено - в поисках ценностей могилы полностью разрушены. Там были проведены масштабные археологические работы и мероприятия по восстановлению как кладбища, так и самого комплекса. Однако все еще актуальна проблема идентификации захоронений: масштаб варварского осквернения и разрушения настолько огромен, что многие надгробия восстановлены без имен - до полного выявления картины в ходе работы с местными жителями, которая продолжается по сей день.
- Сегодня историческим зданиям во всем мире дают вторую жизнь в новом качестве. Насколько этот подход распространен в Азербайджане?
- Приспособление памятников к новой функции - не менее важный этап, чем сама реставрация. Если объект просто восстановить и оставить без использования, он очень скоро вновь придет в упадок. Поэтому еще на этапе реставрации необходимо понимать, как будет использоваться памятник в будущем. Важно, чтобы этим занимались те же специалисты, которые изучали объект: проведя широкомасштабные исследования, они лучше всех понимают его историю, структуру и особенности. Один из примеров - упомянутый дворцовый комплекс, в который удачно вписано музейное пространство, рассказывающее о карабахских ханах, Натаван, исторических аспектах того периода.
Очень показателен и опыт Кишской церкви. После реставрации авторы проекта решили превратить ее в Музей истории и культуры Кавказской Албании, где основным объектом является сама церковь, ее история и аутентичность.
В Азербайджане есть и другие успешные примеры. Так, Верхний караван-сарай в Шеки уже давно функционирует как отель. Караван-сараи в Ичери шехер активно используются как рестораны и культурные пространства. Недавно здесь же после реставрации был открыт караван-сарай Бухары, который стал центром ремесел и искусства.
Все эти примеры показывают, что вторая жизнь памятника старины возможна лишь при грамотном сочетании реставрации, научного подхода и продуманного функционального использования.
- Серьезную обеспокоенность вызывает состояние архитектурных памятников, находящихся в частной собственности. Владельцы не всегда уделяют им должное внимание, и здания приходят в упадок. Один из примеров - баня "Фантазия"…
- Действительно, это серьезная проблема. Причем речь идет не об одном объекте - подобных случаев по стране довольно много. Значительное число памятников со временем оказалось в частной собственности, и хотя формально они охраняются государством, на практике вмешательство зачастую вызывает сопротивление владельцев.
Такие примеры можно встретить в разных регионах - от исторических башен в Загатале и Балакене до старинных бань на Абшероне и средневековых комплексов, таких как историко-культурные заповедники Азербайджана. Нередко территория вокруг памятников также самовольно используется, и это усугубляет ситуацию.
Проблема во многом носит системный характер и уходит корнями в историю. После национализации и последующего использования зданий под различные нужды - от коммунального жилья до административных учреждений - многие из них были сильно видоизменены. Позже, в трудные времена после обретения независимости, неконтролируемые перепланировки и пристройки еще больше исказили архитектурный облик исторических зданий.
Сегодня в частных домах, в том числе в Баку, еще можно встретить уникальные элементы - парадные входы, расписные интерьеры, декоративные детали. Однако владельцы обновляют их на современный лад, не учитывая, что ценность памятника заключается не только в фасаде, но и во внутреннем убранстве.
В отношении бани "Фантазия" ситуация осложняется тем, что объект находится в частном владении. Сейчас рассматривается вопрос о передаче его в государственную собственность.
В последнее время были внесены изменения в законодательство Азербайджанской Республики, направленные на ужесточение ответственности за ущерб, наносимый культурному наследию, - в том числе возросли штрафы и усилены меры контроля.
- К сожалению, архитектурные здания в Баку порой теряли свою историческую аутентичность - из-за покраски или использования современных материалов. Какие механизмы контроля применяются, чтобы сохранить подлинный облик таких объектов?
- Подобные упущения действительно имели место, и их последствия трудно или даже невозможно исправить. Я часто сравниваю исторические здания с пожилыми людьми: после неправильного лечения их восстановление требует гораздо больше усилий, времени и ресурсов. Один из наиболее показательных примеров - массовая покраска исторических зданий в Баку в 2010-е годы. "Обновленным" таким образом зданиям был нанесен серьезный ущерб, поскольку традиционно используемый при строительстве абшеронский камень под слоем современной химической краски начал разрушаться: материал утратил способность дышать.
Не менее опасной практикой является использование при реставрации современных материалов, таких как бетон и цемент. Ошибки, связанные с их использованием, исправить практически невозможно. Именно поэтому сегодня особое внимание уделяется профессиональному контролю, правильному выбору материалов и соблюдению научных принципов реставрации, во избежание подобных ситуаций.
- Ряд памятников Азербайджана уже включен в Список нематериального культурного наследия UNESCO. Какая работа ведется по расширению этого реестра?
- Работа в этом направлении ведется постоянно. У UNESCO существует несколько уровней списков: основной, куда включаются объекты всемирного значения, и предварительный - своего рода "кандидатский" перечень.
Сегодня Азербайджан активно работает над объектами, уже включенными в предварительный список, чтобы перевести их в основной. Параллельно ведется работа по выдвижению новых "кандидатов". Так, в прошлом году в предварительный список были включены древняя Габала - историческая столица Кавказской Албании, а также комплекс Гямигая в Нахчыване. Ведется активная работа по включению в основной список таких объектов, как Азыхская и Тагларская пещеры.
Процесс этот требует серьезной научной подготовки и времени, однако имеет огромное значение для Азербайджана - страны с традициями и богатым культурным наследием.
