Последние новости

Когда охрана культурного наследия превращается в имитацию охраны ,как при А. Гараеве, положительных результатов не будет

01:24, 30.08.20
views 333
Эксклюзив

Ширин Манафов

В последнее время все чаще общественность  возвращается к теме работы Министерства культуры при бывшем министре А.Гараеве, которая  автору этой статьи, как журналисту и человеку, наблюдавшему немало подобных коллизий,  представляется все более, актуальной. В основе - общественный интерес к причинам, приведшим к созданию обстановки вседозволенности для определенных лиц, занимавших высокие должности в этой организации, сложившейся в последние годы. Минкультуры рухнул под тяжестью собственной несостоятельности, которую бывший министр многие годы скрывал под имитацией контроля курируемых направлений: от киноиндустрии до туризма. Очень скоро имитация стала самоцелью и к чему это привело теперь известно.

Приведу несколько примеров того, какой гигантский ущерб наносится такими имитаторами имиджу государства и национальной безопасности, когда Министерство культуры не способно создать стратегию спасения и приумножения национального наследия, при этом упорно имитирует деятельность по этому направлению.

2007 год. Археолог Н. Мухтаров обращается в НИИ археологии и Минкультуры о разрушении древнего городища на границе с Грузией в Гахском районе и  не получает никакой реакции на свои обращения. Только после публикаций в прессе принимаются меры- технику убирают, снят с должности глава Гахского исполкома, прибывшие на место представители Минкультуры фиксировали разрушения. Позднее был Минбяряк. Ему, правда, повезло больше, так как после статьи «Как возникают «карабахи» и острого реагирования руководства страны  на этот отчаянный сигнал , место расположения раскопок получило статус заповедника.

Почему так остро и оперативно отреагировали властные структуры на ситуацию в данном случае, удивляться не приходится. Продолжение найденного городища было на грузинской стороне.И можно только представить каким праздником для грузин было бы уничтожение раскопок на нашей стороне. Памятник истории возрастом в 4 тысячи лет можно было бы мягко приобщить к своему наследию, а за одно получить  и основание претендовать на территорию вокруг него. И вот в таком положении Госслужба по охране и реставрации памятников  при Минкультуры не реагировала должным образом на проблему, пока руководство страны не вынесло свой вердикт по данному вопросу.

 2019 год. Прошло 12 лет, но,как выяснилось, ничего не изменилось. Археологи снова забили тревогу о подготовке к разрушению курганов в Агстафинском районе,информация доходила до Госслужбы по охране и реставрации памятников, но никакой реакции от Госслужбы, призванной защищать подобные памятники, как и в 2007, не последовало. В результате такого безразличия ценный в научном и политическом плане памятник на границе был разрушен полностью и фактически  стерт с лица земли. В данном случае археологи не успели подключить прессу, не успели миновать Минкультуры, чтобы достучаться до руководства. Итогом тревоги стало прибытие  представителей Минкультуры  к месту бывшего памятника,которые  вновь зафиксировали лишь разрушения. Вот это и была вся работа Госслужбы по охране памятников.

 В 2019 году произошла подобная история и  на другом участке границы с Грузией, которая могла произойти в 2007 году,  не ставшая  уроком для ведомства, возглавляемого  А.Гараевым.

Непонятым  в этих историях представляется  вот что.Если руководитель министерства культуры не знает, что нельзя разрушать памятники, а на границе - это вообще табу, или не желает делать выводы, то разве не стоит разбираться в истинных мотивах его деятельности. Министр культуры и туризма такой же министр иностранных дел, как и глава МИДа. Тем более в связи с  гибридной войной в Карабахе. Если Госслужба по охране и реставрации памятников при Минкультуры позволяет уничтожать памятники археологии – корни этно - и культурогенеза нации, то нетрудно догадаться как воспринимается соседями, в нашем случае Грузией и Арменией, такое отношение к своей истории.У них в руках появляется великолепный козырь,так как  уничтожение объектов собственной истории на границах  может вызвать  вопрос о  достоверности сведений в  картах Южного Кавказа, составленных азербайджанскими специалистами по Средневековью, где указаны  большое  число азербайджанских городов на всей территории современной Армении и части Грузии.

Не менее странным выглядит и  министр культуры, занявший  этот пост в 2006 году, если он  не обретает государственного  мышления в 2007 году, и продолжает совершать одни  и те же ошибки в руководстве своим ведомством в отношении расстановки кадров. И в  2019 г.  он не   укрепляет  Госслужбу по охране памятников патриотами, способными быть  хранителями наследия, хотя бы делая выводы на многих примерах отправки в отставку глав исполкомов за разрушение курганов. Как минимум, из инстинкта самосохранения,так нет, стиль руководства в Минкультуре оставался прежним. Кстати, вопрос  почему в работе Минкультуры по данному направлению мало что менялось,и  представители Госслужбы по охране и реставрации памятников  в течении многих лет  приезжали в регионы в основном после разрушения памятников археологии и фиксировали акт вандализма, не нашел  ответа до сих пор.

Как оправдывала такое отношение к культурному наследию Азербайджана Госслужбапо охране и реставрации памятников , наглядно можно увидеть в газете «Ежедневные новости» (19 июля 2019 года) в публикации под названием «В Агстафе уничтожено древнейшее поселение эпохи неолита».Раскопки в этом регионе велись с 2012 года, археологи не раз сообщали об угрозе разрушения ценного в историческом контексте памятника. Вот, что там написано: « Пресс – секретарь Госслужбы по охране культурного наследия при Минкультуры Фариз Гусейнов рассказал Trend, что данный памятник не был включен в список охраняемых государством». Иными словами, уничтожение этого памятника для чиновников представлялось пустяком, мелочью, хотя археологи работали там 8 сезонов подряд и придавали важное значение найденному объекту. Для чиновников Минкультуры главным было то, что его не было в реестре.  Раз его там нет, значит и нет памятника, а,что есть можно уничтожать. В этом и была проблема.Охрана таким образом превращалась в имитацию охраны,  на деле не позволявшую  создать эффективную систему охраны национального наследия.Те кто пытался что-то отстоять, получали на свои обращения просто отписку- «памятник не на учете». Эта фраза с головой выдает установку руководства Минкультуры: отвечаем только за то, что на учете, то есть, за 10% наследия. А учет оно само и создавало!!!

По этой причине фактически и стояла на месте паспортизация памятников. Не говоря уже о взятии на учет памятников нашей истории в сопредельных странах. А в это время армяне претендуют на 500 церквей на территории Грузии.

Охрана памятников, выявление новых – стало также центральным вопросом иранского кабмина во время введения впервые 20 лет назад санкций против Ирана президентом Бушем. Очень скоро Иран занял одно из первых мест по числу охраняемых ЮНЕСКО памятников, понимая, что кроме туристических дивидентов, это еще и в определенной мере помогает обеспечивать  безопасность.

В чем же суть претензий к бывшему руководству Минкультуры спросит неискушенный читатель этой статьи? Да в том,что подобные Минбяря урочища, представляют собой древние центры  этногенеза, именно  по ним, а не по границам советского периода определяются границы исторического Азербайджана.И это является  зоной  нашей ответственности, есть там азербайджанское население сейчас или нет. Так что, даже если обнаружится десять квартир у А.Гараева в престижном районе  славного города  Лондона, он так и останется не понимающим значения тактических задач сохранения древних азербайджанских памятников и их решения для своей страны. Он не осознает  важности приумножения исторического культурного наследия во имя неминуемого диалога с соседями по проблеме спасения памятников нашей истории. Даже Кешишдаг не стал ему уроком. Но если,находясь на посту министра культуры,  не фиксируешь свои памятники в   сопредельных странах, то не стоит думать, что соседи ответят взаимностью. 

Зам. директора НИИ археологии доктор наук Н.Мусеибли после ареста главы Госслужбы по охране памятников  Закира Султанова обнародовав  ряд вопиющих фактов, в частности, отмечал, что до археологов так и не дошли почти 600 тысяч манатов, выделенных на паспортизацию памятников.

Армения и Грузия провели ее уже в первые годы после распада СССР, включая в список памятники в сопредельных странах. Ничего подобного не было проведено нашим Минкультуры.Пассивность бывшего министра культуры вынудила в 2018 году Национальную академию наук начать своими силами пилотный проект по паспортизации памятников. Была создана международная рабочая группа с участием ученых из Украины, России, Турции, Грузии, Казахстана для изучения и популяризации архитектурного, культурного, этнографического, исторического наследия Азербайджана. Рабочая группа наладила сотрудничество с ЮНЕСКО, международным фондом Тюркского мира, другими научными центрами.Кроме паспортизации предполагается подготовить концепцию проекта по изучению и сохранению культурного наследия. 

Позиция ученых резко контрастирует с «оборонной», по сути спекулятивной тактикой Минкультуры:если памятник не на учете, то Минкультуры не отвечает ни за его сохранение, ни за его уничтожение.Так и получилось, что поскольку памятник истории в Агстафе не был на учете Минкультуры, ему было отказано в приобщении к историческому культурному наследию страны. Госслужба с легкостью  пользовалась трусливой, проигрышной установкой: все, что не входит в реестр, можно уничтожать на том основании, что это «не входит в список охраняемых объектов». То есть орган  охраны позволял уничтожать главам исполкомов, часть из которых вела себя до недавнего времени  как миниханы и микросултаны, найденные памятники истории только на том основании, что они не внесены в реестр Минкультуры.

Это абсолютно противоречило стратегии руководства страны, направленной на спасение и приумножение культурного  наследия исторического  Азербайджана, территория которого гораздо более значительна, чем площадь современного Азербайджана.

Разоблачение чиновников из Минкультуры привело к тому,что общественность приходит к мнению, что дело не только в воровстве, распиле бюджетных денег, взятках, но и в том, что А. Гараев  не поставил во главе самого важного направления деятельности Минкультуры профессионалов с государственным видением сохранения культурного исторического наследия.

 Результат налицо - Государству нанесен значительный ущерб, именно в 2019 году по вине Минкультуры, построившего свою работу не  на наращивании национальной казны, а на составлении удобных для министерства реестров, произошло ослабление позиций в приграничных спорах о принадлежности памятников к историческому наследию азербайджанского государства.

Куда пропал музей фарфора в Гяндже?

В результате столь непрофессионального отношения к работе чиновников Министерства культуры стали пропадать целые коллекции высокого музейного значения. Так пропал в 2017 году музей фарфора в Гяндже. Он располагался в Чечяк – хамамы, объекте состоявшем на учете Минкультуры, рядом с мечетью шаха Аббаса в центре города. Коллекцию собрал главный художник местного фарфорового завода Галиб Багиров. В основном это были вазы с картинами из произведений Низами. Впервые в защиту музея фарфора выступил журнал « Azerbaijan review-Панорама Азербайджана», выпускаемый  до 2014 г. и распространяемый во многих странах мира  на всех международных туристических выставках, на Азербайджанских международных выставках  в Баку, и также во всех туристических объектах страны. Во многом благодаря ярким фоторепортажам и статьям журнала, приложения которого издавались на 7 языках, осмотр достопримечательностей Гянджи для иностранных туристов стартовал с музея фарфора. Когда в 2013 году из немецкой группы в 40 человек директору музея поступило до 60-ти предложений изготовить и продать копии выставленных изделий, стало ясно насколько музей необходим Гяндже в позиционировании города, как одного из привлекательных туристических центров Азербайджана. Музей конкретными заказами, поступающими, благодаря его экспозиции, со стороны зарубежных туристов подтверждал большой потенциал для развития производства на местном фарфоровом заводе.

 Журнал наглядно показывал важность работы музея фарфора в Гяндже подчеркивая, что популярность музея- серьезный аргумент в пользу возрождения фарфорового завода. И на то имелось много оснований. В музее были собраны образцы, созданные гянджинскими мастерами фарфора в самый цветущий период в истории советского Азербайджана. Гейдар Алиев пригласил   тогда на работу в республику одного из ведущих в этой области специалистов СССР, директора Ленинградского фарфорового завода Гейдара Иманова и тот поднял Гянджинский завод на очень высокий уровень. После закрытия экспозиции в Чечяк – хамамы, как минимум могли бы коллекцию выставить в центре Гейдара Алиева. Но владельца коллекции попросту выставили за дверь - баня должна приносить прибыль, сдали в аренду местному отелю. 

После смерти владельца, коллекция находится в его доме, где живут его дети. Хотя благодаря фарфоровой экспозиции долгие годы Чечяк- хамамы был самым посещаемым туристическим объектом в Гяндже, музей  изгнали, просто потому, что коллекция не находилась  на учете в Минкультуре. Честь и хвала вдове и детям Галиба Багирова за исключительное отношение к хранению национального достояния, они не позволили исчезнуть из коллекции ни одному экспонату. Хотя было много предложений продать шедевры, из года в год растущие в цене.

Об актуальности музея фарфора очень правильно сказал художник Расим Гусейнов: -Я долгие годы работал на фарфоровом заводе. После его закрытия, число заказов даже увеличилось. Несколько мастеров стали их выполнять. Заказы из кабмина, президентского аппарата, многих министерств, крупных компаний, посольств… Сервизы, вазы с национальным орнаментом, с изображением сцен из поэм Низами – отличный подарок для гостей страны, многочисленных делегаций, участников конференций. Очень много заказов от нашей диаспоры в различных городах России и Украины.

Все это прекрасно,но музей с экспозицией из коллекции работ нашего фарфорового завода, необходим городу, как интересный туристический объект, как шанс на возрождение фарфорового завода в будущем. Но вместо спасения ценной коллекции, исторический объект вновь, как во времена шаха Аббаса, стал  лишь баней.

Дворец Шекинского хана

У этого исторического здания, тоже непростая история  отношений с Министерством культуры. Речь идет о втором дворце шекинского хана с уникальной и что самое важное ни разу не подвергшейся реставрации росписью гостиной. Благодаря этому факту в художественном отношении второй дворец – в реестре охраняемых памятников он назван Дом Шекихановых – гораздо ценнее знаменитого летнего дворца. С 1967 года этот дворец был на учете Минкультуры. Но с 1991 года по 2007 годы уникальное строение находилось в руках частного лица, которое купило (?!) дворец во времена Народного фронта у главы исполкома, незаконно продавшего охраняемый государством памятник истории. По ее словам, зав.отделом культуры не раз поднимала перед руководством Минкультуры вопрос о возвращении ценного здания законному владельцу. Без реакции, никаких шагов не предпринималось. Статьи о Доме Шекихановых   также не раз публиковались в журнале « Azerbaijan review-Панорама Азербайджана».

Резкий поворот в судьбе многострадального здания произошел благодаря посещению дворца Президентом Фонда Гейдара Алиева,Посла доброй воли ЮНЕСКО и ИСЕСКО, первой леди Мехрибан ханум Алиевой. После этого события приняли тот ход, который должен был изначально задать делу министр культуры. Зав.отделом культуры подала в суд и в 2007 году здание было возвращено законному владельцу. Но в дальнейшем Минкультуры снова  забыло о ценном памятнике, не делая ничего для спасения здания, даже минимальной консервации, укрепив несущие  стены и крыши. Главное, необходимо было застеклить окна гостиной, так как снег и дождь смывали живописный слой настенных росписей. Но и это не было сделано. Не год и не два, целых пять зим через протекающую крышу и разбитые окна дождь и снег смывал бесценные росписи  мастеров 18-го  века и продержавшиеся три века краски. Весной селевые потоки подмывали фундамент здания. Памятник как был бесхозным при частнике, таким и остался, вернувшись под «опеку» Минкультуры. Поразительно? Да, нет, это было еще одно доказательство того, что бывший шеф Минкультуры провалился из – за взятых на себя «повышенных» обязательств: курировать множество направлений, и ни одно из них - качественно. А.Гараев окружил себя такими работниками, которых абсолютно не интересовали свои прямые обязанности, они были призваны решать другие задачи.

 В 2011 году снова появляется публикация в прессе об аварийном состоянии дворца. Мол вернули стране, отняли у частника в 2007 году, но вот уже 4 года Минкультуры не может сделать самую дешевую формы консервации: застеклить окна или поставить пленку, чтобы спасти ценные рисунки на стенах.В Шеки спрашивали, чем Минкультуры лучше частника? Тот не ремонтировал здание и новый владелец бездействует. Наконец, после новой публикации в СМИ и беседы с тогдашним шефом Госслужбы по охране памятников, предшественником Закира Султанова, Минкультуры все-таки соизволило дать распоряжение своему представителю в Шеки и сделали самый мизер- залатали крышу. Еще через год был начат капитальный ремонт здания, ценные росписи все же были спасены. В настоящее  время Дом Шекихановых является музеем.

Это стало победой  Фонда  Гейдара  Алиева, десятков архитекторов, реставраторов, историков, но вряд ли в этот ряд можно поставить эксминистра А.Гараева и работавшего под его руководством  бывшего начальника  Госслужбы  по охране памятников и реставрации при  Министерстве культуры.

Читайте также: